Очнувшись, я не знала ни сколько провела в отключке, ни где я сейчас нахожусь. Когда я резко открыла глаза, меня тут же меня ослепил яркий солнечный свет, освещающий больничную палату.
-Мужчину из седьмой палаты переведите на обычный стационар, кризис миновал,- услышала я родную речь, доносящуюся из коридора. Но почему я в Италии? Последнее мое местоположение это Япония, школа Намимори, библиотека…ЧТО С БЕЛОМ?!
-Он в штабе Варии,- услышала я детский голос и только сейчас заметила в углу комнаты ребенка, одетого в синий плащ с капюшоном. «Вечно этот Мармон лезет в мои мысли!» недовольно подумала я, но тем не менее громко спросила, резко поднявшись на локтях:
-Он жив?!
-Да, и в значительно лучшем состоянии, чем ты,- сказал аркоболено, потому что в тот же момент когда я встала всю спину начало жечь огнем, отчего я скривилась, и не в силах терпеть боль закричала в полный голос.
На мой крик сбежались медсестры и врачи, поспешно пытаясь уложить меня, но я лишь корчилась от боли, еле шепча:
-Мармон, я знаю, что ты здесь! Попроси Бельфегора прийти ко мне, прошу тебя, я миллиона евро не пожалею, только пусть он придет…
После этого у меня еще три дня длилась лихорадка из-за сильных ожогов, и как мне передали родители я постоянно твердила про Бельфегора, Мармона, про то как я ненавижу Саваду Тсунаеши из-за этого Конфликта, про то что лично готова убить Гокудеру Хаято за то что он сделал с мои Бельфегором…
Варианты ответов: