Я проснулась от ужасной духоты, царившей в комнате. Во рту все пересохло. Кинув взгляд на дисплей мобильника, лежащего рядом со мной, я поняла, что проспала большую часть дня. Часы показывали 00:45, а это значило, что весь день ушел коту под хвост. После того, как Себастьян вывел меня из себя, выходить из комнаты совсем не хотелось, да и зачем? Смотреть на раздраженного Сиэля или встречаться лицом к лицу с отцом? Мало того, я еще и была под присмотром этого демона, а значит, встреч с ним точно не избежать.
Пытаясь нащупать одеяло, чтобы откинуть его в сторону, я поняла, что уснула, даже не расправив кровати. Лениво разлепив глаза и от души зевнув, я медленно сползла на пол и начала поправлять одежду, которая успела изрядно помяться. Подойдя к трюмо и посмотрев на себя в зеркало, мне стало совестно за свой вид: волосы, растрепанные и спутанные, свисали на плечи, глаза, немного мутные и заспанные, почти слипались, а про остальной внешний вид можно было вообще молчать. Я выглядела, по меньшей мере, отвратительно. Но приниматься за свой туалет не было смысла, потому что в мой дальнейший план входил только крепкий сон, хоть я и расчесала волосы. Но прежде надо было сделать хотя бы один глоток воды. Я надеялась выпить остатки сока, что был принесен Себастьяном вместе с завтраком, но ни подноса, ни стакана уже не было. Видимо, дворецкий был здесь, пока я спала. От этой мысли стало как-то неприятно. Он видел меня в таком отвратительном виде, да еще и без разрешения заходил в чужую комнату!
Сделав глубокий вдох и последнее движение расческой, я покинула комнату. Коридоры этого поместья ночью выглядели куда более пугающе, чем я могла себе представить. Освещение почти отсутствовало, если не считать лунного света, льющегося из окна. Вокруг царила полная тишина, ни шороха, ни звука. Все это пугало еще больше. Я быстро пересекла коридоры и большими шагами прошла по лестнице, пытаясь не упасть и ни на что не наткнуться. Когда я на ощупь прошла к кухне, глаза, наконец-то, привыкли к темноте. Теперь находиться здесь было не так страшно, но…
- Мисс Кира, почему вы не спите? – неожиданно раздался голос позади меня.
Стакан, который я уже успела взять в руки, дернулся и выпал, с дребезгом разбившись об пол. Я ужасно испугалась, но не вскрикнула. Развернувшись лицом к дворецкому, я начала глубоко дышать, чтобы вернуться в нормальное состояние. Прозвучал щелчок, и вокруг все озарилось светом.
- Не стоит гулять ночью по дому в полной темноте, - произнес Себастьян с каким-то укором в голосе и вытащил из ящика с боку совок и веник.
- У меня в горле пересохло, и я…
- Решили разбить стакан, чтобы стало лучше? - съязвил дворецкий с явным недовольством в голосе.
Я промолчала, отвернувшись от него, и достала новый стакан. Я слышала, как Себастьян сгребает стеклянные осколки от когда-то пригодного для питья сосуда и скидывает их в мусорное ведро. Мне казалось, что я могу ощутить волны недовольства, исходившие от него. Но это ведь всего лишь стакан! Себастьян же разбивает в осколки жизни людей, он разрывает их души на части, с жадным удовольствием поглощая их. Разве можно сравнить эти две потери?!
Ополоснув стакан водой, я вернула его на прежнее место и хотела идти назад в комнату, как вдруг услышала громкий топот нескольких пар ног. Это был Сиэль и отец. Они сбежали с лестницы и, остановившись в коридоре, накидывали на себя пальто.
- Себастьян, - внезапно обратился Сиэль раздраженно – Что ты делаешь? Заводи немедленно машину, мы выезжаем!
- Что случилось? – спросила я, переводя взгляд с графа на выходящего из кухни дворецкого.
- Произошло еще одно убийство. Это был Потрошитель, - не дав ему сказать, запыхавшись, произнес отец.
- Могу…могу я поехать с вами? – выкрикнула я так, чтобы они услышали мою просьбу через всю возню, которая сейчас происходила в прихожей.
Наступила пауза. Ни отец, ни Сиэль не отвечали, но не прекратили спешку. Казалось, в их головах сейчас строятся планы дальнейших действий, в которые мое присутствие явно не входило. Прошло около пары секунд, и граф произнес:
- Ладно, только делай все, что тебе скажут.
- Хорошо! – радостно выдохнув, откликнулась я.
- Одевай, - Сиэль кинул в мою сторону куртку и вылетел из дома.
Через десять минут мы уже подъезжали к казино, около которого было совершено убийство. Выходя из машины на улицу, где ветер буквально несет в себе запах смерти, я почувствовала себя не хорошо. Возможно, это было лишь мое воображение, но мне казалось, что убийца смотрит на меня и точит свой нож. Атмосфера кровавой ночи подействовала на меня сильнее, чем я ожидала. Завидев группу следователей и врачей, склонившихся над землей в нескольких метрах от нас, я увидела и Конева, расхаживающего вокруг с брезгливой гримасой на лице. Одет в черное пальто до пят, на руках дорогие кожаные перчатки и чистые, отполированные туфли на ногах – словно на праздник собрался! Но его вид взбесил не только меня, но и Сиэля.
- Опять этот! – сквозь зубы процедил граф, но пошел к нему навстречу в сопровождении Себастьяна, говоря дворецкому какие-то фразы на английском.
Я сделала несколько шагов вперед, пытаясь не отставать от них, но все же не подходить к месту преступления слишком близко. Отец же уже подбежал к врачам и задавал всевозможные вопросы. Смотреть по сторонам и поеживаться от сквозняка, все, что я могла делать, но и это было зря. Повернув голову в сторону столпившихся врачей и пары мужчин с собаками, я увидела визитку Потрошителя. На стене казино, выложенной простым красным кирпичом, теперь крупными каплями крови стекала надпись «Pride». Не заметить эту зловещую и таинственную надпись было невозможно. Густая кровь в свете фонарей отражалась всеми оттенками красного, начиная со светлых и заканчивая самыми темными, почти черными цветами. В эту минуту я проклинала свое богатое воображение, которое уже вырисовывало картину происходящего, где убийца в маске, с огромным ножом в руке, пишет {censored} убитой женщины, как он выводит завитки на букве «d» и как оглушительно смеется, радуясь своей победе. В жизни мне не было так не по себе. Никогда еще так сильно я ни хотела убежать и спрятаться, даже когда мне было ужасно стыдно или страшно. Это был мой предел.
Сев на корточки и прижав руки к ушам, словно пытаясь закрыться от всего этого ужаса, я начала плакать и скулить. Я была похожа на потерявшегося щенка, который не видит пути домой. Зачем, зачем я приехала сюда? Распахнув глаза, чтобы выпустить капли слез наружу, я увидела чью-то руку. Мне хватило и секунды, чтобы осознать, что мой взгляд упал на конечность убитой женщины. Но теперь это был шок. Теперь я не могла отвести взгляд от мертвенно бледной руки, пальцы которой были беспомощно разжаты, а вокруг нее лужей стекала багровая кровь. Эта рука уже не принадлежала телу убитой, она была зверски отрублена от женщины. Толчок тошноты заставил меня оторваться от страшной картины и прокашляться. Из глаз текли слезы, в голове все звуки смешались в один непонятный водоворот. Страх сковал мое сознанье…
Варианты ответов: