Она весь оставшийся день молчала. Не считала нужным говорить, или же не знала что сказать. Значения не имеет, главное что молчала. Зика это к вечеру начало даже беспокоить, ведь он ничего не делал ещё.
- Шони, сегодня, к твоему сожалению, я не смогу ничего сделать. Это нужно делать на рассвете, так что пока ты можешь переночевать в любой свободной комнате, которую найдёшь. Ты можешь спокойно изучать особняк, сад и прилежащую местность, но убегать не вздумай. Хотя... Это же не мне, в общем - то надо, а тебе - он ухмыльнулся и издевательски взглянул на неё.
- Если я тебе не нужна, зачем ты это делаешь? - Впервые за всё проведённое с Зиком время Шони сказала одно предложение, голос был странным, как будто не её. Потому что грустная? Вероятно.
Но тем не менее, одно это предложение поставило в тупик великого Хао. Он стоял в ступоре секунд десять, которые обоим показались невероятно долгими.
- Ты сильная. А мне такие нужны. - Хотя мысли с его словами явно не совпадали. То что он сказал была чистая ложь. Пока она была такой, она не пробовала что-либо делать со способностями ,включая то, что она их не развивала, поэтому она просто не могла быть сильной для него. Он просто не знал что ответить. Он сам не знал, зачем она ему.
" Я..я не знаю. Что это? Это страх, растерянность? Асакура! Не смей предаваться людским чувствам!!! Зачем она тебе, правда? Не думаю что она сильная. Стоп. Ты же это знаешь. Тогда... я сдаюсь, я не знаю. Игрушка? Да. На игрушку похоже. Твоя игрушка. Твоя? Асакура!!! "
- Асакура!!! Ты меня слышишь?!
- Что? - Зик слишком глубоко погрузился в свои мысли, забыв про разговор и вообще, про всё - Да, конечно, я покажу какую-нибудь комнату.
- Хорошо. - Шони с опаской смотрела на Хао, не любила она, когда он задумывается...
Показав комнату, он помог перетащить вещи из прихожей. А затем все сели ужинать (все - Хао, Шони ну и все приспешники Хао), готовил кто-то из его приспешников. Было вкусно. Особенно если учесть, что это, может быть, последний ужин в её жизни.
После ужина всё просто разлетелись по комнатам. Вряд ли кто-то сейчас со мной поговорит. Идиотская тишина. Ненавижу.
Шони отвлеклась на секунду от своих мыслей и посмотрела на руки: они снова прозрачные. – Ненавижу тебя, Асакура!!! – и со злости она хотела ударить по стене у окна, на котором сидела, но руки прошли сквозь стену, а сама Шони упала на пол от бессилия и отчаяния. По щеке катилась первая за шестнадцать лет слезинка. Такая маленькая, но в ней было собрано всё: и ненависть и страх и злоба и обида…когда она проходила по очередному участку кожи, кожу жгло, ужасно жгло, как огонь. Нет. Огонь – это Хао. А Хао никогда не сможет быть таким нежным и разрушительным одновременно, да и благослови ту, что полюбит его, если такая вообще найдётся.
Надо встать. Я так хочу провести свою последнюю сознательную ночь как-то необычно…Нет. Я хочу спать...
Шони, уставшая за весь день, плюхнулась на кровать, устроилась поудобнее и мгновенно уснула.
Варианты ответов: