- Так что там произошло? – поинтересовался Гекко, когда он и Йоши пришли к ней домой.
Он настоял на том, чтобы Хокаге разрешила ему переговорить с девушкой тет-а-тет и выпустить за приделы кабинета. И вот, разместившись за столом с чашечкой чая в руках, он внимательно выслушал подробности произошедшего.
«Синеглазая встала сегодня раньше, чем обычно. Снилась ей какая-то чепуха, потому обратно засыпать не хотелось. На часах было пять часов утра, когда она сползла с кровати и почухивая спину пошлепала босыми ногами на кухоньку. Преспокойно попивая свой утренний чай с рисовыми шариками, она не сразу услышала стук в окно. А когда заметила, что к ней с улицы ломится темно-серый голубь с чем-то примотанным к лапке, то сразу же поспешно впустила птичку внутрь, получив за это крючковатым клювом по макушке. Это был один из почтовых призывников и, судя по цвету, с очень важным сообщением. Пробежав по аккуратным столбикам текста на клочке бумаги, снятой с лапки пернатого, Фудзиама поджала губы. Говорилось там, о пленнице, которую они привели с собой в деревню. Она толи состояла, толи еще состоит в преступной организации Акацуки, с какой точно целью она была заслана змеиному саннину сказано не было, и упоминалось вскользь, как неизвестный факт, а также было жирным выведено, что учителем ее среди преступников был отступник Риу, то есть обожаемый опекун Йоши. Не теряя более ни минуты, девушка отправилась туда, где держали ее копию, дабы выяснить все подробности. По дороге она несколько раз впадала в задумчивость, почему и находила себя в самых неожиданных местах на улицах Конохи. Долго уговаривать полусонных охранников не пришлось, много громко произнесенной чепухи и она уже медленно продвигалась к нужной камере, единственной занятой из всех. Запах подземелья она вдыхала с большой жадностью, получая неожиданный результат – все ее мысли приводились в порядок. Хикаэ встретила ее абсолютно равнодушным взглядом, сидя посреди камеры в позе лотоса.
- Я смотрю, ты тут хорошо устроилась, - чувствуя легкие потряхивания во всем теле, вызванные, скорее всего, раздражением видеть кого-то так похожего на нее, Йоши на шаг приблизилась к решетке. – Не обижают?
- Да, уютно тут, хоть гостей приглашай. И кормят исправно, – отозвалась заключенная, поднимаясь на ноги и также подходя к ограждению камеры, опираясь лбом на металлические прутья. – А ты здесь только за этим?
- Нет, - голос стал еще серьезней. – Ты и вправду состояла в Акацуки?
На заданный вопрос Хикаэ хитро сощурилась, куда равнодушие только девалось. Пакостная ухмылка скривила ее тонкие губы.
- По идее я там еще состою, - уже догадываясь об истинно интересующем синеглазую вопросе, ответила.
- Ты уже поняла, о чем я хочу знать, - сдвинула брови Фудзиама.
- Об этом старпере Риу, - незамедлительный ответ. Насладилась изменениями на лице собеседницы. – Да он был моим учителем. Он с такой ответственностью меня учил, - отошла немного назад и победоносно приподняла подбородок. – Все силы бросал на то, чтобы я была максимально похожа на тебя, - в прохладном подземелье продуваемого сквозняками стало еще холодней. Улыбка пленницы стала еще больше напоминать оскал – задела за живое. – Такое впечатление, будто ему все равно кого учить. А какие слова красивые говорил. О стремлении, о смелости и еще разных человеческих качествах.
Йоши молчала, угрюмо следя за окрыленной воспоминаниями своей копией, которая так взахлеб рассказывала об ЕЕ опекуне. Хоть и хорошую она ему характеристику давала, но Фудзиаме это не нравилось. Естественно это не укрылось от распинающейся Хикаэ. Она не сводила с синеглазой взгляда, улавливая даже малейшие изменения в ее мимике, силе сжатия кулаков и челюстей.
- Ой, - наигранно спохватилась блондинистая копия. – Этот человек, наверное, был тебе так дорог, а я тут, - чуть прикрыла ладонью рот и широко распахнула глаза, пару раз наивно захлопав ресничками. – А я тут рассказываю, как он меня учил всем премудростям. И наверняка учил лучше, чем тебя… Ой, - продолжая играть роль дурочки. – Опять за свое, - девушка слегка удивленно повела бровью, заметив, как из ее рта вырывается облачко пара.
- Не верю, - холодно отозвалась синеглазая, вслед ее словам металлическая решетка покрылась тонким узором инея.
Хикаэ ликовала, от чего не просто широко улыбалась, а в прямом значении этого слова скалилась. Осталось дело за малым. Рука с ограничителем чакры чуть высунулась за решетку.
- Проверим? – зазывно подергала бровями.
Фудзиама нахмурилась, но не сдвинулась с места. Она понимала, к чему ее подводит эта ее копия, но раздражение и пробудившаяся ярость заставляли покорно пойти по предложенному пути. Закусила губу, сдерживая порыв сорвать злополучную печать с протянутой конечности.
- Ну, - увидев нерешительность, змеем искусителем прошептала Хикаэ, еще на чуть-чуть высовывая свою руку дальше за решетку. – Смелее. Докажи, что этот предатель учил тебя лучше.
Ограничитель чакры без особых усилий был сдернут, сопровождаясь словами: «Он не предатель!». Обычно такие вещи так легко не снимаются – там целая процедура – а тут раз, и все. Копия Фудзиамы, стряхнув с себя удивление, весело хихикнула, обхватывая пальчиками металлические прутья.
- Этот предатель правду говорил - тебя так легко вывести из себя, - сообщила она перед тем, как с силой оттолкнуть от себя решетку.
Убегать она не собиралась – далеко б не ушла. А вот взять реванш за то происшествие на базе Орочимару, из-за которого она попала в лапы ниндзя Конохи, она просто была обязана…
Очнулись они обе от заполонившей их ярости только тогда, когда их связали по рукам и ногам. Йоши ошеломленно смотрела в расцарапанное лицо, скрутившего ее джонина, а после и на груды камней и торчащих из них прутьев. На некоторых особо больших кусках стен восседали еще несколько ниндзя, которым их товарищи пытались перевязать кому руку, кому ногу. В стороне так же была удерживаема ее противница, свирепо пинающаяся и шипящая разные угрозы».
Варианты ответов: