Канкуро наклонился к Цуки и, вглядываясь в ее лицо спросил:
- Эу!.. как тебя звать?
Она молчала. Или не могла ответить, или не видела в этом смысла.
Дзёнина такое положение вещей не устраивало.
- Как тебя зовут, спрашиваю?
- Ц-Цуки но Ивакаса, - немного заикаясь, тихо ответила она, не отведя взгляда от бесконечности.
- Как ты себя чувствуешь?
- Нормально, - коротко ответила Цуки.
Дзёнин не выдержал и помахал открытой ладонью перед ее глазами.
- Может, ты будешь смотреть на собеседника, когда с тобой разговаривают?
- Зачем это н-нужно?
Этот резонный вопрос поставил Канкуро в тупик. Лаконичные и отрывистые ответы Цуки но Ивакаса начинали его раздражать.
- Мы расследуем дело по убийству твоей семьи. Ты можешь дать какие-нибудь показания?
- Это не моя семья. Во в-всяком случае, не родная.
Дзёнин почувствовал, что начинает закипать.
- Без разницы! Так можешь или нет?
- А ч-что вас интересует?
- Кто был подросток, которого ты убила?
- Н-незнаю. Я не хотела его убивать и не понимаю, как это п-произошло.
- Значит, ты с ним не была знакома?
- Нет. Это в-все?
- Это… Что? – немного ошарашенный переменой тона, переспросил Канкуро.
- Я могу идти?
***
- Что, значит, Слепитель не выполнил своего задания? Его что, убили? – спросил Авось у Небося.
- Ты сам догадался, или кто-то подсказал? – усомнился его брат.
Авось не понял издевки:
- Сам. То есть жертва еще жива?
- Получается, что так.
- А… - начал Авось, но брат перебил его.
- Ты же знаешь, что они всегда возвращаются. Жертвы. Ну, помнишь тот случай, с Мотыльком? Его тоже убили во время обряда. Потом его Волк-то и исправил, когда тот, из Песка, на место следующего жертвоприношения явился. Во как! – глубокомысленно изрек Небось.
- Значит… - Авось задумался. Видимо, в его черепной коробке шли какие-то сложные вычислительные действия. – Значит… жертва сама к нам придет?
- Слушай, сегодня ты в ударе. Излагаешь известные истины со скоростью среднестатической швейной машины.
Авось опять не понял насмешки.
- Так мы идем или как? - поторопил он брата., вертя в руках карту.
- Ты отсчитал километры? Ты же знаешь, как он психанет, если мы не тех принесем в жертву? Ошибешься хоть на метр и…
- Ну, давай лучше ты, а? Ты же знаешь, как я не люблю математику…
- Дай сюда, - Небось решительным движением отобрал у брата карту. – И линейку тоже.
- А линейку зачем?.. – заинтересовался Авось.
- А километры мы как считать будем, идиот? На пальцах? – вспылил Небось.
Авось обиделся.
- Сам ты такое слово…
Варианты ответов: