- Я не думала, что твой брат снова примется за радиопередачи, - сказала Полумна таким тоном, будто Джордж пошел в актерскую карьеру. - Сейчас это намного опаснее.
- Откуда вы вообще знаете о них? – яростно поинтересовался Фред. – Насколько я помню, вы издавали свой чудо-журнал и никогда не верили в то, что говорим мы!
Эти слова повисли в воздухе, непонятно кому адресованные. Мистер Лавгуд будто почувствовал неловкость, но его лицо выглядело куда более странно, чем обычно.
- Когда закончится война - будь победа на темной стороне или выиграем мы, - журнал вернется в силу снова. Но... – не договорив, мистер Лавгуд прислушался к радио.
Джордж, после перечисления всех имен погибших волшебников, сделал паузу в несколько секунд. Вслушиваясь в дальнейшие объявления, Фред краем глаза отметил, что Гарри как будто вообще не понимает, что происходит.
- ...Перси Уизли.
У Фреда подкосились колени, все поплыло перед глазами. «Вот. И. Все. Перси уже нет», - это была единственная мысль в его голове. Все остальное место заполняла безграничная пустота.
Лавгуды все поняли, поэтому докапываться и утешать не стали. Фред мысленно поклялся, что если кому-то вдруг придет в голову идея утешить его или сказать, что все будет хорошо, то он совершит второе убийство в своей жизни, даже не подумав.
После долгого оцепенения, он вдруг бросился по лестнице наверх. Фред сам не заметил, что по его щекам уже стекают слезы. Образы в его голове были невероятно четкими, какого не случалось раньше: мама сотрясается от рыданий, а отец и все остальные просто не могут поверить в то, что случилось. Действительно, как так? Раз и умер. И сколько может изменить одна лишь секунда...
В полуобморочном состоянии, Фред стоял у открытого окна спальни и, закрыв глаза, глубоко дышал. Мысли то накатывали на него, то уходили прочь, оставляя голову пустой. Через некоторое время Фред почувствовал, что его уже колотит от холода, и закрыл окно. Хотя сейчас только конец мая, и на улице более-менее тепло.
Он посмотрел на свои руки и заметил, что они трясутся. На него нахлынули воспоминания из поместья Малфоев, а затем уже по привычной цепочке событий – Энджели, чертов лес, Энджели, ссора, Энджели... Фред уселся на пол и обхватил голову руками. Сознание уплывало от него с каждой секундой все дальше, и он ничего не мог и не хотел с этим делать. Даже какие-то звуки и голоса внизу не могли подействовать на него и заставить подняться, - сколько раз он уже испытывал это чувство? Фред заметил, что окно открылось само по себе, но с места не сдвинулся, несмотря на пробирающий холод. Голоса стали слышны громче, и стало слышно, как кто-то плачет. Явно не Полумна и не мистер Лавгуд... Гарри уже без вариантов, - на свете сейчас нет того, что заставило бы Гарри плакать.
Кто-то гостеприимно открыл дверь с громким возгласом. Шаги по лестнице, две пары ног... нет, три. Фред искренне надеялся, что они все не к нему. Но последние надежды исчезли, когда кто-то осторожно постучал в дверь.
- Ммм... Фред? – послышался чуть слышный тонкий голос из-за двери.
Внутри Фреда словно загорелся огонек, говорящий о том, что за дверью вовсе не незнакомка. Сердце билось быстрее обычного, и от этого Фреду становилось еще хуже. Он ничего не ответил, но попытался встать, резко оттолкнувшись от пола.
Все произошло слишком быстро: в комнату вошла Энджели с тихим неразборчивым бормотанием, затем быстро подбежала к терявшему равновесие и сознание Фреду. Она, кажется, поняла, что дышать он не может.
- Фред! Фред... – крикнула Энджели, но он ее почти не слышал. - Прости меня, пожалуйста... Прости! Я, правда, не хотела, чтобы так получилось... Я не хотела, чтобы ты уходил! Прости меня...
Варианты ответов: