Но от резкой ноющей боли у меня на глаза навернулись слезы.
- Тише, моя хорошая, тише.- Шептал мой спаситель, когда мы медленно продвигались по темному коридору. Роджер старался нести меня как можно аккуратнее, но, тем не менее, было невероятно больно.
- Холодно…- Тихо произнесла я. Меня колотил озноб от долгого лежания на каменном полу.
Дэвис будто старался отдать мне все свое тепло, но боялся крепко обнять, дабы не причинить мне новой боли.
- Эй, Дэвис, что ты здесь забыл? – Раздался откуда-то грубоватый мужской голос. Роджер на руках со мной медленно развернулся. Из темноты коридора вышел Флинт.
Мне стало ещё больней. Это все случилось только из-за него. Из-за него со мной так поступили.
- Что с ней? – Неожиданно взволнованным голосом спросил Маркус, подбегая к нам. Я не посмотрела на него. Я, снова закрыв глаза, прижималась к Роджеру, такому теплому и мягкому.
- А что, не видно? – Прошипел Дэвис. – Её избили. Очень похоже, что слизеринцы. Ваше ведь подземелье.
- Не говори глупостей. – Буркнул Флинт. – Давай я её донесу.
Только не это! Я посильней прижалась к груди Роджера и вцепилась в его футболку.
- Ну уж нет! Я тебе её не доверю! – Дэвис обнял меня еще крепче. Я всхлипнула от боли.
- Ты её сейчас ещё больше искалечишь! – Взревел Маркус.
Роджер пропустил его слова миом ушей и направился к больничному крылу. Судя по шагам, глухо отдававшимся в сыром подземелье, Флинт шел за нами.
Постепенно становилось теплей. Значит, мы уже скоро будем в госпитале.
Вот и запах медикаментов и легкая прохлада больничного крыла. Я слышу испуганный крик мадам Помфри. Меня осторожно опустили на мягкую койку. Я наконец открыла глаза.
На соседней кровати сидела маленькая девочка с перебинтованной ручкой и испуганно смотрела на меня. Рядом со мной на кровати сидел Роджер и испуганно смотрел на меня. В дверном проеме стоял Флинт. Почему же он не уйдет?
- Все, Лиз, можешь идти! – Велела врач, и маленькая девочка послушно удалилась, еле обойдя Маркуса, который не желал сдвигаться с места.
Мадам Помфри подлетела ко мне и стала осматривать.
Прежде всего, она велела парням удалиться и раздела меня.
Роджер пообещал зайти ко мне чуть позже, а вот Флинта мадам Помфри еле вытурила. Он все никак не желал уходить. И только когда я со слезами в голосе взмолилась, чтобы он покинул Больничное крыло, Маркус взглянул на меня и удалился. Не хочу его видеть. Никогда больше. Дура.
Когда медсестра стащила с меня футболку, то ахнула. Да, было от чего. Мои бока и живот были покрыты фиолетовыми синяками. Ужасное зрелище. Хотя я люблю фиолетовый…
Врач обработала ссадины какой-то вонючей синей мазью, но зато боль пропала. Меня одели в просторную ночную рубашку и велели как можно меньше шевелиться.
Позже подошел Дамблдор.
Пока мадам Помфри что-то тихонько объясняла ему, я смотрела в потолок. Угораздило же меня в свой второй день в Хогвартсе нажить себе врагов!
Потом директор подошел к моей койке и устроился на стоящий рядом колченогий табурет.
- Кто это сделал, Миа? – Спросил Дамблдор, внимательно глядя на меня.
Сказать правду или нет? Нет.
- Я не видела. – Вновь соврала я. Но с директором этот номер не прошел.
- Ты, разумеется, можешь не говорить мне, кто тебя избил. – Дамблдор вздохнул и поправил очки. – но тогда виновные останутся безнаказанными. И я не думаю, что они от тебя отстанут.
Я не нашлась, что ответить.
Варианты ответов: