Парк. По серебристой асфальтной дорожке бежит маленькая девочка лет 10. Одета она была в миленькое розовое платье, а каштановые, длинные волосы сделаны в два не высоких хвостиков, карие глаза были полны радости. Она бежала к своим родителям, которые шли впереди. Догнав их, девочка взяла их за руки и немного подпрыгивая, шла громко смеясь. Родители девочка улыбались, смотря на свою беззаботную дочку. Вдруг мать остановилась, и села перед дочкой на карточки затем нежно обняла ее.
- Проснитесь госпожа… - произнесла ее мама.
- Мам? – недоумевала она. Мама назвала ее «госпожой!?»
- Проснитесь, – сказала она не своим голосом еще раз.
- Мама, не говори так! – девочка крепко обняла маму, уткнувшись носом в ее волосы.
Но вдруг девочка почувствовала пустоту в объятиях, исчезло,…все испарилось. Мама, которая обнимала девочку, папа, который смотрела на жену и дочку, весь этот парк, все исчезло. Лишь девочка стояла в недоумении. В светло-карих глазах читался страх. «Мама! Папа!» - кричала она, зовя своих родителей. Но ничего кроме мрака… Как такое возможно? Вокруг была лишь тьма, которая окутывала маленькую, растерявшуюся девочку. Но из неоткуда появляется свет и… ты проснулась…
«Госпожа!..» - все еще раздавалось в твоей голове. Распахнув золотистые глаза, ты поняла что кто – то тебя звал. Повернув голову направо, ты увидела прислугу, которая старалась тебя разбудить.
- Госпожа проснитесь, – все еще говорила она, но увидев, что ты проснулась, она машинально опустила голову. Встав, ты презренно посмотрела на нее.
- И что ты тут забыла? – сказала ты с неким раздражением.
- Прошу простить меня, госпожа, но господин Хироши велел мне вас разбудить, он ждет вас в своем кабинете, – протараторила она покраснев.
«Дура. Ведь такой сон снился…»
Злобно покосившись на прислугу, ты прикусила нижнюю губы, чтобы не наорать ей.
- Ты уволена! – сказала ты громко и четко.
- Но госпожа…
Бедная девушка и слово не могла вымолвить. Она, молча, смотрела на свою госпожу.
- Ты что глухая?! Я сказала, ты уволена, и быстро покинь мою комнату! – закричала ты на бедную прислугу.
На глазах у девушки наворачивались слезы, ей было очень обидно. Она ведь ни в чем не виновата. Ведь не виновата…
Развернувшись, она быстрыми шагами направилась к выходу, и, открыв дверь, вышла из комнаты, ты осталась одна, в покое и тишине.
«Идиотка…» - подумала ты.
Встав с кровати, ты осмотрела свою огромную комнату. Была она в светлых тонах, точнее кремовых. Нежно бежевые обои, с какими – то золотыми украшениями. Бежевые такие же шторы но немного темнее, богатая мебель, одним словом комната твоя была обустроена со вкусом. Посредине этой комнаты стояла твоя кровать, она была просто королевских размеров, человек шесть на ней уместятся однозначно. В комнате царил идеальный порядок. Ничего лишнего. Пройдя по темно-бежевому паркету, ты направилась в ванную. Слегка зевнув, ты открыла дверь в ванную комнату. Ванная комната тоже была в светлых тонах. Все было кремового оттенка. Ты без промедления скинула с себя ночнушку, скрывшись в душевой кабине. Теплые, капельки воды, медленно скользили по твоей бледной коже. Все твое ужасное настроение исчезло, когда ты просто смыла с себя всю эту напряженность под приятным, теплым душем. Выйдя из душа, ты обмотала себя полотенцем. Затем ты внимательно взглянула на свое отражение в зеркале: овальное лицо с правильными, мягкими чертами; большие, бездонные светло-карие глаза, выражающее лишь некое недовольство; немного пухленькие, алые губы, которые сейчас были немного приоткрыты; каштановые длинные волосы, доходившие до поясницы, челка, которая прикрывала твой широкий, гладкий лоб. Улыбнувшись краешком губ, ты стянула с себя полотенце и накинула на себя шелковый синий халатик, затем, направилась в гардеробную. Хотя, двоя прислуг, стояли возле гардеробной, уже подготовив то, что ты должна была надеть. У одной прислуги в руках было платье нежно желтого цвета, а у второй миленькие белые балетки с золотистыми стразами. Увидев тебя, прислуги поклонились. Затем мило улыбнувшись, сказали:
- Доброе утро, Госпожа!
- Если бы оно было доброе… - презренно произнесла ты. – Это мне не нравится! – сказала ты, смотря на то, что были в руках у прислуг.
- Но госпожа, вы сами вчера ведь…
- Довольно! Сегодня я в не настроении одевать что – то подобное, я сама выберу, отойдите!
Ты жестом приказала им. Девушки погрустнев, открыли дверь в твою гардеробную.
Зайдя туда, ты начала уже выбирать нужный тебе наряд. Ты не медля, сразу же нашла то, что тебе было нужно. А именно это было: белое платье выше колено, сверху такой же белый пиджак (типа болеро), и босоножки на шпильках. Надев все это, ты сделала себе, легки макияж. А волосы просто были распущены. И только после всего этого ты направилась к дедушке.
Ты шла по длинным, широким коридорам. Наконец, дойдя уже до знакомой двери, а именно до кабинета дедушки, ты прилично постучалась три раза. Уже услышав за дверью до боли знакомый голос, ты вошла в кабинет. Довольно большая комната. В темно-коричневых тонах. Комната была обустроена весьма со вкусом. Огромные книжные шкафы, сделанные из красного дерева, разные картины, весящие на стенах. Под огромным окном был письменный стол дедушки, так же сделанный из красного дерева. На столе находились всякие разные бумаги, компьютер, и т.д. да и еще семейная фотография. Где ты с родителями и с дедушкой радостно улыбалась. И еще одна фотография, но уже на ней была только ты. Дедушка стоял возле окна, и смотрел в небо. В глазах была некая грусть. Ты, пройдя по красному ковру, довольно весело произнесла:
- Охаё, о джи – сама! - только с дедушкой ты была другой…
- Охаё, Хани… - в голосе читалось такая доброта.
- Ты что – то хотел, дедушка? – спросила ты, присев на софу, которая находилась в углу.
Дедушка повернулся, и присел за свое темно-коричневое кресло.
- Да, Хани. Я хотел поговорить, – сказал дедушка серьезным голосом, – твое поведение в последнее время ухудшается. – Произнес он, грустно смотря на тебя. – Хани…ты ведь знаешь ты единственная кто после того как я покину этот мир возьмется за компанию. Но ты и вовсе не думаешь об этом… - когда ты услышала эти слова, в области сердца неприятно кольнуло.
- Дедушка, я знаю, я понимаю…
- Ты все еще такая же избалованная девочка. Хани, ведь пора взрослеть. – Говорил твой дедушка, немного прикрыв глаза. – Я понимаю, после того как погиб мой сын Кацуро и твоя мать Минако, ты изменилась…и… - но дедушка не договорил так как ты его перебила.
- Дедушка… - произнесла ты, опустив голову и сжав руки в кулак. – Прошу, не надо…
Что-то не понятное творилось сейчас внутри тебя. Сердце сжалось, и безумно захотелось плакать. Ты еще сильнее сжала руки в кулак, так, что твои ногти впивались в нежную твою кожу. Услышав имя своих родителей, тебе стало не по себе. Только сегодня ты видела их во сне, и вроде бы не было так больно. Ведь во сне ты не могла отличить реальность от иллюзии…
- Прости, но я решил, ты переходишь в другую школу. И обязательно будешь присутствовать на каждом уроке. Ты Должна измениться!
- В другую школу?..
- Да. И уже прямо через 30 минут начинаются занятия. Собирайся, машина ждет на улице.
- Но дедушка!
- Ничего не хочу слышать, прислуги все уже приготовили! Ступай...
Фыркнув, ты встала, и, открыв дверь, вышла из кабинета. Притом «прилично» хлопнув дверью.
«Хани…все ведь ради твоего счастья…» - думал твой дедушка, после того как ты покинула его кабинет.
Спустившись вниз, и даже не позавтракав, ты с недовольной миной направилась на улицу. Быстрыми шагами ты дошла до машины. Шофер, поклонившись, открыл тебе дверь. Сев в машину, ты немного нахмурилась. И через несколько минут машина тронулась. А за всем этим наблюдал твой дедушка из окна, в своем кабинете.
Варианты ответов: