Улыбка, озарившая лицо Ями, была самой печальной. От одного её только вида скручивало напополам от боли и горечи.
Прекрасная девушка, с светлой, почти белой, но такой ровной, кожей, с прекрасными полными губами, которым бы позавидовала самая красивая фотомодель, брови, идеальной толщины и формы, и бесценные, цвета шоколада, волосы. Боль у других людей, смотревших на неё, приносили лишь её глаза. Они были красивы, несомненно. Цвета молочного шоколада, светлые, но глубокие, такие теплые, глаза Ями были перекошены невыносимой болью. Непонятной, необъяснимой, пустой, и, одновременно, чувственной, словно на короткий миг ты можешь понять её без слов, но это, конечно, было заблуждением.
Варианты ответов: