Нобуюки в бежевом иллюзорном плаще послушника храма страны Ветра дожидался Хайнаву в ближайшем кафе от главного храма деревни Тани. Всё то представление, которое они с Наной намутили перед другими шиноби, крайне развеселило мужчину, поэтому теперь-то он своего шанса не упустит.
- Рокеру, - смеясь, рядом с ним села только появившаяся Нана и обняла друга. – Я тебя сразу узнала! Твои зелёные глаза не узнать невозможно. Они такие же яркие, как и моя техника «падающего листа». Ну, это такая чакроподавляющая, не бери в голову. Она сияет изумрудным светом.
- Ты всё сделала, что тебе Монстрик приказал? – смешливо спросил Рокеру, отпуская из объятий недоумевающую подругу. – Я про Гаару вашего.
Хайнава засмеялась, выпалив, что она-то его Бурундуком зовёт и ни разу не слышала прозвища «Монстрик». Сидеть и болтать не о чём с этим черноволосым красавчиком было круто, правда ему за сорок, но ведь друзьям все возрасты покорны, верно? Каким же образом Рокеру так вовремя нашёл её? Как оказался рядом? Он ведь, кажется, родом из Аме…
- Я на книжную ярмарку ходил, - будто бы читая мысли, ответил мужчина. – Так что на обратном пути заметил, что на команду генинов напали какие-то {censored}, да ещё и в глупых масках, явно рангом повыше… в общем, решил поразвлечься. Тебя я вообще встретить не ожидал.
- Да уж, претвориться феодалом – это круто! Эх, сколько же проблем было, когда Мэн удерживал меня своими иллюзиями, терпеть этого не могу, - фыркнула Нана. – Вот как можно прервать иллюзию гения самостоятельно?
- Он ведь не Учиха, да? – переспросил Рокеру. – Тогда иди напролом. У тебя потрясная чакра, так что уделаешь любого противника силой воли, - сказав, пожал плечами. – Прости, рад был повидаться, но меня ещё ребята ждут, - мужчина встал из-за стола. – Пойдёшь со мной?
-
Виня себя во всех мыслимых и немыслимых грехах, Сузурен выкрикнула: «Техника пространственно-временного барьера» - и уже через несколько секунд оба были в каком-то лесу, судя по всему, где-то недалеко за пределами Тани. Женщина направляла технику по следу чакры Хайнавы, но здесь, по всей видимости, никого нет.
- Улучшеная техника адского пламени, - послышалось из чащи.
Фиолетовое пламя расползлось по всему периметру, выжигая траву, но не касаясь деревьев. Суновцы поспешили к эпицентру. Между деревьями стояли двое: тот самый лже-феодал Нобуюки и Нана. Мужчина теперь был одет в униформу скрытого Дождя, а Хайнава в обычных своих облегающих бриджах и майке, причём до сих пор не заплетя хвосты.
- Стихия воздуха: алая роза ветров! – выкрикнула Нана.
Она выпускала из рук небольшие шары концентрированной чакры в противника, пока не сложила руки вместе и не подняла гигантские прозрачно-белые лепестки, которые в секунду исчезли, и, направив взрывную волну в шиноби, пробила ему грудь. Тёмно-серая одежда пропиталась кровью. Мужчина улыбнулся, понимая, что эта девочка будет действительно хорошим приобретением для Амегакуре, даже несмотря на её удивительную чакру.
- Техника храма нирваны, - прошептал Рокеру. - И больше не плачь, Нана. Я сделаю всё, чтобы ты больше не плакала. Раз уж тебе плохо в Суне, то в Аме будет лучше.
Сначала белые, а после и других цветов перья плыли прямо с неба к земле, усыпляя бдительность. Дзёнины прислонились к стволу дерева, поочерёдно пробуждая друг друга от этого неприятного гендзюцу. Хайнава еле держалась на ногах и честно пыталась сконцентрироваться и преодолеть гендзюцу. Смешно, но именно так, как учил Рокеру, - силой воли. Качаясь из стороны в сторону, слёзы хлынули из её глаз, смывая телесного цвета крем, показывая чёрно-синие круги вокруг глаз. Жёлтая чакра вспышкой покрыла тело.
- Стихия скорости: бестеневой полёт, - Нана исчезла.
Она и сама не заметила, как её рука насквозь пробила грудь Рокеру и вышла обратно с его сердцем в ладони. Всё тело куноичи, покрытое множеством разных кровоточащих ран, окрашивалось в алый цвет. Хайнава несколько секунд безжалостно смотрела на вырванное сердце, упавшего к её ногам мёртвого друга, и сжала руку, расплющив сердце.
-
Чудом избежав огромного сияющего куба какого-то старика, Нана спряталась в корнях деревьев где-то посреди леса и плакала. Каких-то двадцать минут назад инородная чакра создала вокруг неё новую проекцию, душа её руками Нэо. Пусть, она никогда не дружила с двойняшкой, он всегда называл её дурой, но брат же… Дрожа от страха, ненависти к самой себе и мучаясь от залитых кровью волос, рук и одежды, она понемногу сходила с ума.
-
Нахлынувшее воспоминание охолонуло, ведь припоминать то, что было после, знакомство с Рокеру, не хотелось вообще. Он тогда нашёл её раньше, чем Каватакэ-сенсей, хотя и не видел той жуткой чакры, которая к тому времени спряталась глубоко внутри. Всё-таки хорошо, что Хайнаве не снятся кошмары, что ей вообще ничего не снится, иначе это убийство преследовало бы во снах ещё очень долгое время.
-
Оригинал писания священника Шукаку, как-то отданный Суной в качестве платы за какую-то провинность, лежал под самым носом Гаары на его рабочем столе. Хаваё Таката, расплакавшись от счастья, любовно смотрела на дневник, ожидая, когда его вернут храму. Но Гаара отдал деньги, оплаченные за эту миссию, а том передал также находящемуся в кабинете Каватакэ Сэиджи.
- Запечатаете священные писания в храме, чтобы никто и никогда не мог вынести их, - приказал Гаара. – Хаваё-сама, деньги потратите на нужды храма. Вернуть этот дневник – дело чести для меня, как для казекаге. Вы и Каватакэ-сан сейчас идёте прямиком в храм. О наложении печатей доложите мне лично, Каватакэ-сан.
- Хай! – подтвердил дзёнин и вышел с поблагодарившей шиноби священнослужительницей.
Как только в кабинете остались четверо, то сразу же появилась неприятная давящая атмосфера напряжённости. Убийство иллюзиониста, которое имели честь видеть и Канкуро, и Сузурен-сан, оказало огромное впечатление на первого, хотя вторая старалась помалкивать и даже делать вид, что это была иллюзия наподобие «Миража смерти», только перед тобой «умирают» не близкие, а кто-то совершенно неизвестный.
- Речь идёт об этом Рокеру? – спросил Гаара и подал вытащенную откуда-то из папок в столе фотографию черноволосого и зеленоглазого мужчины где-то за сорок. – Его зовут {censored} Рокеру, талантливый иллюзионист из скрытой деревни Дождя. Настолько талантливый, что уже несколько лет занимает пост шестого Амекаге, будучи последователем первоначального состава и целей Акацки и четвёртого, и пятого Амекаге – Узумаки Нагато и Хаюми Конан соответственно.
Канкуро шокировано упал на диван, Нана, уже давно развалившись на нём, просто запрокинула голову, а Сузурен стала пугливо жаться к стене. Этот мужчина – каге? Каватакэ-сан, конечно, кое-что говорил о девочке и её талантах и странной чакре, запечатанной в ней, но чтобы всё было настолько серьёзно.
- Он был моим другом, - тихо просипела Хайнава, - но стал настраивать против Суны и пытаться увести в Аме. Я… не выдержала.
- Как же сильно нужно взбесить генина, чтобы он в бою убил каге? – жёстко и как можно тише спросил Гаара. – Ты понимаешь, если об этом узнают, то нам светит война? – Молчание в ответ. – Мне хватило одной войны, чтобы понять, чтобы прочувствовать всё… и я больше не хочу, никто не хочет. Никому ни слова о произошедшем, даже Темари.
Никто не смел прерывать казекаге, как бы спокойно он себя не вёл. Настолько тихий голос у него бывает только в одном случае – когда он взбешён.
- Первой команде запрещается покидать территорию Суны, а Хайнава Нане тем более. Возможно даже освобождение Сузурен Мари от учительских обязанностей, ведь произошедшее, в первую очередь, ваша ошибка. Ючи-сан, - АНБУ, вечно следующий за казекаге, появился, войдя через открытое окно, - с этого момента вы – тень Хайнава Наны. Не отходите от неё ни на шаг. На своё место назначьте кого-нибудь сами. Свободны. Все. Оставьте меня одного.
Выйдя из кабинета, Канкуро грустно улыбнулся Нане и отдал ей купленные в столице страны Рек книги, завёрнутые в бежевую ткань.
Варианты ответов: