Проснулась ты рано, часов в семь или восемь утра. В общем, поспать тебе удалось совсем немного, однако этого хватило, чтобы восстановить силы и окончательно успокоиться после ночного происшествия. Итачи всё ещё спал, что, впрочем, было совсем неудивительно. Во всём убежище стояла странная звенящая тишина, которая уже начинала порядком надоедать. Ты привыкла к крикам, взрывам и к тому, что по вашему коридору постоянно кто-то носится. С Дейдарой и Морико эти звуки исчезли, теперь было тихо. Однако это было неприятно и даже немного напрягало мозг, который уже успел привыкнуть ко всему этому. Ты, вспомнив, о чём вы с Итачи вчера договорились, полезла искать в своих вещах ту самую ленточку, которую собиралась ему отдать. Тогда ты неспроста завела этот разговор — уходя и оставляя его тут, ты фактически подвергала его некой опасности в лице Мадары и Пейна, дальнейшие цели которых тебе были неизвестны. После недолгих поисков этой полосы синеватой ткани, ты всё же нашла то, что искала. Потом, подойдя к Итачи, ты, не решившись его будить, обвязала эту ленточку вокруг его левого запястья. Подняв голову и посмотрев на его лицо, ты заметила, что он улыбается.
Итачи: Я буду ждать тебя, Касуми. Возвращайся быстрее, ладно?
Ты *тоже улыбаясь *: Конечно вернусь! Не беспокойся обо мне, ведь я же не настолько слаба, чтобы проиграть кучке каких-то жалких ниндзя из Тумана. В конце концов, я смогу увернуться от их атак при помощи техники распада на мельчайшие частицы. В моём арсенале много защитных техник, примерно столько же, сколько и техник для атаки.
Собрав всё необходимое и тщательно продумав план своих действий, ты отправилась на кухню. Там было на удивление пусто для такого времени. Всё же ты решила не обращать внимания на подобные мелочи, ведь сейчас не до них. Главное — не столкнуться с Пейном, которому может показаться подозрительным твой «побег» из убежища. Стараясь действовать как можно тише, ты выгребла из холодильника всё более менее съедобное и уселась за стол. Перед длительным походом куда-либо прежде всего требовалась тщательная подготовка, основной частью которой являлся пункт под названием «предварительно поесть». Ведь по пути туда, а тем более во время разборок с отрядами шиноби не будет времени, чтобы перекусить, именно поэтому приходилось делать все важные дела заранее, не дожидаясь того момента, когда голод начнёт скручивать твои внутренности.
Когда ты уже почти закончила священный ритуал поглощения пищи, на кухню пришла сонная Конан. На голове у неё было нечто, отдалённо напоминавшее небольшой взрыв, а под глазами были тёмные пятна.
Конан: Доброе утро. Как спалось?
Ты: Не очень, я тебе скажу. Да и тебе, как вижу, тоже выспаться не удалось.
Конан: А куда ты собралась?
Ты: С чего ты взяла, что я собираюсь куда-то уходить?
Конан: Для меня это слишком очевидно. Но ты можешь не бояться, я Пейну ничего не скажу. Если честно, я ему в последнее время перестала доверять. Он стал странным, больше не разговаривает со мной о делах организации. У меня такое ощущение, что он что-то замышляет. А вот что именно — понятия не имею.
Ты: Послушай, Конан, а ты согласилась бы стать шпионом?
Конан: Не понимаю, к чему ты клонишь.
Ты: Мы решили в скором времени уйти из организации, но нам нужно быть в курсе всего, что здесь творится.
Конан: Было бы очень интересно быть шпионом в собственной организации. Хотя это довольно забавно, ведь чем дальше, тем больше я убеждаюсь в том, что цели её не столь чисты, как кажется на первый взгляд. Скорее всего, в ходе этой операции будет убито очень много ни в чём не повинных людей. Ранее я об этом не задумывалась, но сейчас меня это стало беспокоить. Я по натуре своей человек, жаждущий жестокости, крови и насилия. Но всё равно, если всё это будет воспроизводиться в подобных масштабах, то даже меня это заставляет содрогаться.
Ты: Так ты согласна или как?
Конан: Да, согласна. Это хоть как то разнообразит мою унылую жизнь здесь, в организации. А ты прямо сейчас уже собираешься уходить?
Ты: Нет, на данный момент у меня несколько другие цели, о которых я лучше пока умолчу. Послушай, я могу вернуться через день, через два, но есть всё же доля вероятности, что я вообще не вернусь, именно поэтому я хочу с тобой условиться об одном. Когда мне понадобятся сведения о текущем состоянии организации, а её планах, о том, что происходило ранее, я отправлю тебе что-нибудь со своими требованиями. Не знаю, как скоро это произойдёт, но всё же попытайся как-нибудь отреагировать на моё послание, ладно?
Конан: Наконец-то мне будет чем заняться. Здесь без подобных миссий я совсем завяну. Тем более, предавать такую мощную организацию будет очень интересно и захватывающе. Надеюсь, нас никто не слышал?
Ты: Нет, я воспользовалась звуконепроницаемым дзюцу. О нашей сделке не знает никто, кроме нас самих и Итачи.
Конан: А он тут при чём?
Ты: В общем, это была его идея.
Конан: Теперь ясно. А почему же тогда ты уходишь куда-то в одиночку?
Ты: Так надо.
В надёжности Конан ты никогда не сомневалась, впрочем, как и сейчас. Если она согласилась, то никогда не посмеет выдать вас, так как ей самой это невыгодно. Вероятно, даже если вы умрёте, она будет молчать, лишь из чисто суеверных соображений, опасаясь возмездия свыше. Её характер для тебя всегда оставался неразрешимой загадкой, а всё потому, что она никогда и никому не раскрывала своих слабых мест. О ней были известны лишь самые общие факты вроде предыдущих мест пребывания. Несмотря на то, что она была довольно тесно связана с Лидером организации, всё равно создавалось ощущение неправильности. Словом, она даже ему не доверяла. Сейчас это тоже довольно выгодно — не доверять никому, кроме самого себя, а также пользоваться доверием окружающих тебя людей.
Варианты ответов: