- Они там вдвоем, а я тут одна... Ну, почти одна... Зато они вдвоем! Наверное, уже вдвоем, потому что та девушка упрямая как ни как. Но он ведь боролся сам с собой тогда, он переступил через свои чувства ко мне, значит ему было через что переступать. Логично. Он любил меня, я знала, я чувствовала. И этот идиот отверг меня, не пожелав даже выслушать... Я была готова рассказать ему о настоящем предназначении этого плаща, но он напрочь отказался мне верить...
Нет, не мне, а девушке Итачи. Больше не хочу иметь с ней ничего общего... Уже не хочу. И если я продолжу разговаривать сама с собой, то мне придется рассказать все Итачи. Пусть порадуется тому, что я уже наполовину сумасшедшая, ему полезно. Раз в год, по крайней мере, можно его порадовать. Можно рассказать ему о том, как девушка Итачи портит мне жизнь... Пусть избавит меня от нее, он ведь так меня любит.
Но Саске я еще докажу что он был неправ, он будет ползать на коленях и просить прощения! - девушка всхлипнула и провела ладонью по щеке, остановив скатившуюся из полуприкрытых век слезу.
Она не переставала думать о тех проблемах, которые навалились на нее, изредка поглядывая на дверь. Поглядывая с опаской, беспокоясь о том, что предчувствие подведет ее и она не почувствует шагов Итачи издалека.
- А здесь, в организации? Здесь просто невозможно выжить с этим чертовым отражением, которое преследует меня во всех зеркалах. Здесь нужно владеть самыми навороченными навыками самозащиты. Конечно, я их понимаю: у них есть все, кроме женского тепла. Совсем не удивительно то, что у Пейна, с его смекалкой, есть Конан, а у Итачи есть я. Здесь есть доля расчета. Если бы я была упрямой и самоуверенной, какой и ступила в Акацки сначала и не подыграла Итачи, давно стала бы половой тряпкой. Хорошо что додумалась, что успела, что Итачи рядом... Хорошие пешки всегда на защите у сильных ферзей. А сильных ли?
Мичи не выдержала и разрыдалась, закрыв лицо руками. Она всеми силами старалась подавить в себе это унизительное чувство, подтверждающее ее поражение в борьбе с эмоциями.
Закрыв лицо руками, она шептала про себя:
- Я не смогла... Я... я... Я же пообещала себе стать холоднее, быть расчетливее, держать эмоции при себе! Я честно пыталась, но сорвалась! Почему у меня не получается?! Почему все, что я пытаюсь сдержать при себе потом выплескивается наружу?! Слабая, слабая... У меня нет ни выдержки, ни силы воли. Я не могу держать при себе мысли, сдерживать свое мнение и играть при этом...Этот ад еще хуже чем та пятилетняя служба!
За что? За что, Господи? Ты отнял у меня маму, родной дом, честь и славу клана, свободу и даже выдержку! Ты лишил меня выбора пути в жизни. Но я проживу без этого, мне не нужны звание, семья и даже свобода! Я столько лет жила без всего этого и я смогу жить так дальше... Господи, ты придушил во мне веру в будущее, надежду на освобождение от этой зависимости. Ты столько отнял у меня и даже не оставишь того единственного, чего я так прошу? Просто оставь мне его любовь... умоляю... Я готова на все ради любви, даже... Боже, дай мне хотя бы умереть, только бы увидеть его напоследок...
Варианты ответов: