...

Через час Нолиела уже могла стоять. Выхватив факел из руки Арагорна, она прошла вперед. Стены пещер словно сужались. Девушка поежилась. Она бросила взгляд на Гимли: тот шел с пылающими глазами. Ну да, он у себя, счастливец. Наконец впереди виделось укрытие. Мерри и Пиппин бросились вперед.
- Стоять!- громыхнул Гэндальф. Нолиела дернулась вперед и схватила их за плащи. Чародей поднял жезл над головой и его сияние озарило огромную дыру. Нолиела оттолкнула хоббитов на конец отряда.
- Кошмар! Идите перед Арагорном.
Вдруг она заметила свет. Зайдя за угол она увидела луч солнца, проникавший сквозь маленький отвор в стене. К низу он раширялся. Было видно, что он здесь не просто так. Она опустила взгляд. Тут ее настиг Гимли. Как истинный гном, он должен был посмотреть все, все.
- Гимли...
- Нет!
Гном упал на колени перед надгробием.
Балин, сын Двалина, государь Мории.
Пришли и остальные. Хранители молча опустили головы. Нолиела отвернулась, чтоб никто невидел слезу, скатившуюся по шеке. Она оглядела мечи, сломанные щиты, копья, кости. Все покрыто временем. Тут она услышала за собой звук. Гендальф поднял книгу. Он открыл ее
и сдул пыль; его голос уничтожил тишину, и девушка вслушивалась в строчки отчаяния. Десятого дня ноября месяца пал Балин, Государь Мории. Сражен орочьей стрелой... Нам не выбраться. Мост и второй зал у них. ...грохот в глубинах. Они идут...
Вдруг кде-то внизу роздался топот и крики.
- Нам не выбраться! - Побледнел Боромир.
- Это ловушка. Они идут!

Варианты ответов: