Так она стала его Солнышком. И ему хотелось навсегда отдать ей свое сердце, чтобы она согревала его. И ему хотелось беречь ее от всех житейских бурь, чтобы она всегда была — была рядом с ним. И ему хотелось делиться с ней всеми радостями: вот как только оно случалось, ему хотелось бежать и рассказывать ей об этом. И он видел Ее лицо — полупрозрачное, обрамленное светящимися пушистыми кудряшками, словно лучиками солнца, и в следующий миг он чувствовал растекающееся по всему тепло.
Они почти всегда были вместе. Он жил ей. Он ей дышал…
…И все-таки она изменила. Он понял это сразу, когда увидел ее в офисе с жестко собранными на затылке лучиками его солнца.
— Пожалуйста, распусти, — еле слышно выговорил он.
— А, между прочим, другим не нравится! — заявила она.
— Каким «другим», любимая? В нашем с тобой мире разве могут быть «другие»?
Лицо ее побледнело. На миг оно даже стало почти прозрачным, как тогда. И снова из него полилось тепло — прямо к нему в сердце… И все-таки, что-то было безвозвратно утеряно… Может быть лучики. Солнце было, а лучиков не стало — другим не нравится!
Варианты ответов: