.

На приеме у Королевы все прошло гораздо спокойнее, чем я думала. Она оказалась приятной женщиной и даже обняла нас, когда узнала кто мы. Этим были ошарашены не только мы с Литикой, но и Соро. Не знаю кто и чем её ударил перед встречей с нами, но вела она себя очень дружелюбно и иногда даже называла нас дочками.

Королева терпеливо выслушала нас и наш план. Соро будет учить нас управлять силой, мы попросим Ларсена научить меня силе тумана и когда будет подходящее время, когда мы будем готовы, мы нападем на страну Туманов и заберем Кая, хочет он этого или нет. Конечно. Кая уже учат, и он будет сильнее нас, но нас двое, а он один.
В течение месяца Соро тренировал нас: боевым техникам, а Литику ещё и искусству света. Целыми днями мы только и делали, что колошматили деревянных кукол. Сначала нам это нравилось, было весело, но на 2 неделе мы выдохлись. Да, нас не надолго хватило, но наш учитель не знает слова «усталость», поэтому мы продолжали учиться и уже подумывали напасть не на страну Туманов, а на Соро.
- Соро, прошел уже месяц как мы тут и ты все время с нами проводишь. Не скучаешь по девушке? – спросила Литика во время отдыха между занятиями.
- Я вам так надоел?
- Да! – это слово вылетело у нас обеих одновременно. Соро при том сквасил такую мину, что нам стало страшно.
Но, должна признать, что за эти 2 месяца я научилась гораздо большему, чем за свои не полные 18 лет. Я могла создавать туман, сгущать его до такой степени, что человек начинал задыхаться в нем, хоть и был окружен воздухом, мой туман мог сдавливать как огромный удав или прижимать к земле как каменная глыба, я могла перемещаться сидя на облаке и т.д. и т.п. Литика же овладела магией света: без огня разводить костер, ослеплять ярким светом, метать энергетические шары, хлыстать светом как плеткой, что получалось достаточно больно (она испробовала это на мне), могла создавать разные фигуры из света, например птичку:

Так же она овладела и магией тумана, как и я.
Мы все ждали этого сражения и готовились к нему, но мысль о том, что придется драться с собственным братом и не в шутку, а скорее всего на смерть, не вызывала у нас ничего кроме боли. Именно боли от осознания безысходности. Хотя, надежда умирает последней. Все-таки Кай – наш брат.

Варианты ответов: