.....

Где то в середине дня мы пошли за заклинанием...
Книги еще не было, но что-то уже было написано, рядом с книгой сидел какой-то старик, с длиной седой бородой.
Я подошла к книге...
- ОСТАВЬ НАС! - я чуть не подпрыгнула, это сказал старик звучным мужским голосом, - ты не имеешь право знать о чем мы будем с ней разговаривать, хватит того, что ты уже узнал. Нинечер поклонился и ушел. Я до сих пор не понимала, как юноша, который несколько часов доказывал что он полубог, вдруг стал послушным человеком. И кто такой тогда этот старец для древних Египтян?
- Я Скоробей, - ответил на немой вопрос старец, и действительно, всегда рядом с Фараонами изображали скоробеев, ну или одного большого скоробея.
- Жук?
- Нет, - сказал он посмеиваясь и вставая со стула, который я не сразу заметила, старец оказался довольно высоким человеком, с широкими плечами, возможно в свое сремя он был довольно красивым мужчиной. - помошник, советчик, как вам будет удобно.
- Почему вы со мной обращаетесь на "вы".
- Вы из будущего, вы намного умнее меня, и намного решительнее.
- Так, давайте я вас буду называть на "вы", а вы мне будете говорить "ты".
- Как тебе угодно.
- О чем вы со мной хотели поговорить?
- О том кем ты станешь после этого действия.
- И кем же?
- Ты станешь полноценным человеком, начнешь стареть, и умрешь в один день.
- Так значит я не смогу стать тем, кем я была до этого?
- нет.
- И мой выбор, либо человек, либо вампир, трудный выбор, - я начала расхаживать по и без того тесной комнате...
Я потеряла счет времени, в голове всплывали картинки моей прошлой жизни, в основном 4: сначала мое самое детство, ночь, страх, она вскрикивает имя оца во сне, я подошла к кровати, по щекам лились слезы, я начала яя успокаивать, как вдруг все прекратилось, и теплая кожа матери стала ледяной... она умерла, потом я вспоминаю отца... Сначала первую битву, тогда я уже занесла над ним нож, но остановилась, потом сразу вижу скалу, как я вонзаю клинок в сердце даже не плача, дальше идет Карлайл, вот я бегу по лесу, догоняю его, уже поймала, он не межет двигаться, заношу клинок над рукой, что бы ее отрезать, но тут меня опять что-то останавливает, чувство очень похожее на первую битву, против отца, я никогда об этом не думала, однако чувство до сумашествия похожее... Больше я ничего не помню, ничего что могло бы заострить мое внимание. Моя жизнь не такая красочная и счастливая как у многих других, но что то меня в ней цепляет, я решила...

Варианты ответов: