Вечером того же дня, мечась в четырех стенах своей комнаты, Мико никак не могла привести себя в чувства, после событий ушедшего в закат дня. Она открывала учебники на страницах с домашним заданием, закрывала их и откладывала на край стола. Крутилась на стуле и спихивала на пол тетрадки и ручки. Под конец она просто сползла на пол, некоторое время она извивалась на ковре, как змея, не зная какое положение придать своему телу, а потом просто смотрела в окно, на уходящее солнце, тонувшее за горизонтом и в глубине ее глаз.
Принимая ванну, она обнимала себя за плечи, ее щеки раскраснелись не то от жара воды, не то от воспоминаний, крутившихся в ее голове неугомонным роем пчел, навязчивым и неутомимым.
Лежа в своей кровати, она ворочалась с бока на бок, скидывала с кровати подушки, потом поднимала их и тонула в их глубине, закрывая глаза, она не видела ничего кроме серых глаз, ее сердце трепетало, скованное грудной клеткой и телом девушки. Глядя на убывающую луну, сквозь окна своей спальни, Мико не переставала дрожать от волнения, от сладостного волнения которое она испытывала, глядя на дареное серебро небесного светила. Оно манило ее и напоминало о предмете ее желаний. Кусая губы от нервного возбуждения, вспоминая прикосновения Скуало, когда большая часть ночи осталась позади часовых стрелок, девушка заснула.
Суровое и непоколебимое утро встретило Кэй, сладким запахом цветов, приносимых ветром из сада, окружившего фамильный особняк – крепость и клеймо девушки. Еще не открыв глаз, только что ускользнувшая из сладостных объятий Морфея, Мико вспомнила другие объятия, вполне материальные, те в которых бы ей хотелось оказаться. Недовольно промурлыкав что-то себе под нос, она улыбнулась, и с мыслями о навязчивом Скуало, захватившем всю девушку: ее тело, душу и мысли, она отправилась выполнять утренние сборы.
Обычное и обыденное утро. Учтивые слуги, легкий завтрак. Все как обычно. Утро для Мико было таким же, как всегда до тех пор, пока ее мобильный не возвестил свою хозяйку о приходе нового сообщения. Погруженная в свои мысли, отпивавшая из кружки чай с молоком, девушка, на автомате, посмотрела на экран своего телефона. Ее брови сдвинулись к переносице, когда она увидела не определившийся номер, и оставались там же до тех пор, пока от проникновения в смысл сообщения « Я жду тебя у ворот», девушку не отвлекла служанка, возвестив юную госпожу о том, что к воротам особняка подъехала машина. Еще какое-то время, Кэй в замешательстве смотрела на прислугу, ждавшую каких-либо указаний.
- Отец звонил? – Отмерла девушка.
- Господин звонил, когда вы принимали утренний душ. Он сказал, что его поездка затянется еще на несколько дней. И предположительно он прибудет домой в начале следующей недели. Так же он сказал, что приедет вместе с матерью и сестрой юной госпожи.
- А? Сестрой? – Мико удивленно хлопала глазами. – Что так и сказал?
- Да, юная госпожа.
Кэй скривилась, допивая остатки чая, и немного вздрогнула, когда телефон, лежавший в ее руке, завибрировал, она посмотрела на экран и поспешно нажала на кнопку ответа, увидев все тот же незнакомый номер. Когда она поднесла мобильный к уху, из динамика раздалось хриплое «я жду», кинув раздраженное «иду уже», Мико сбросила звонок и направилась к двери, по пути взяв школьную сумку из рук своей служанки и распорядившись о ненадобности своего шофера, по крайней мере, в первой половине дня.
Оставляя позади себя, одну за другой, мраморные ступени своего дома, девушка думала о безнадежно испорченном утре. Известие о прибытии своих матери и сестры повлияло на Кэй наихудшим образом. Она хмурилась и вздыхала, вспоминая своих родных, пока не вышла за ворота особняка и ее мысли мгновенно не потекли в другое русло. Когда она увидела предмет своих воздыханий, то немного замешкалась, лишь на мгновение, а дальше действовала по инерции. Мико скользнула внутрь машины, следом к ней присоединился Скуало, который до этого терпеливо придерживал для девушки дверцу.
Когда автомобиль тронулся с места Кэй еще была в замешательстве, потому что не предполагала как ей нужно себя вести с юношей. Она была так счастлива, что он согласился быть ее парнем, что совсем забыла думать о том, как именно она постарается влюбить в себя Скуало. Хоть она и пообещала ему это, но в то же время, она правда не хотела быть навязчивой, и, если подумать, Мико ведь даже не знает о вкусах парня. Она даже не знает почему он согласился быть вместе с девушкой. Потому ли что она в его в вкусе? Или по каким-то другим причинам? Мико не знала совершенно ничего и от этого, сейчас, в ней не было никакой уверенности в том, что она должна, не то что делать, она даже не знала, что спросить у Скуало. Кэй чувствовала себя ужасно жалкой, и с каждой секундой ей становилось все хуже и хуже, от накатившего вдруг давления ее даже затошнило и она испуганно вжалась в кресло.
Занятая мыслями о своем жалком существовании девушка не заметила, что за всеми ее душевными терзаниями следит Скуало, которому порядком начинала надоедать такая ситуация.
- По меньшей мере, ты могла бы меня хотя бы поприветствовать.
Мико вздрогнула, прокрутив в своей голове все сегодняшнее утро, она поняла, что и вправду, не сказала даже этого. Медленно повернувшись лицом к юноше, она увидела его скучающий и немного разочарованный взгляд, тогда слова и застряли в ее горле. Но собрав в себе все свои силы, девушка выдавила из себя монотонное и поникшее «доброе утро». А когда она сделала это, то первым ее желанием было выброситься из машины, не дождавшись пока та остановится. Скуало нахмурился.
- Если ты и дальше собираешься влюблять меня в себя таким образом, то я думаю, нам пора расстаться уже сейчас. – Скуало отвел свой взгляд от девушки и переключился на пейзаж за окном, подумав, что, возможно, там зрелище поинтереснее будет.
Варианты ответов: