Спустя некоторое время.
Небольшой зал, освещенный по центру, а всё, что находилось возле стен, скрывала тьма. В центре по кругу находятся 11 кресел. 5 из них было свободными, а на остальных восседали люди в уже так надоевших черных плащах с красными облаками. Блондин, опрокинувшись на спинку стула, с явным интересом наблюдал, как Хидан и Какузу о чём-то оживлённо спорят. Пейн, невозмутимый и всегда пугающе серьезный лидер, не находил себе места, ожидая, когда же появиться его напарница с новостями, а Тоби доставал Зецу разговорчиками вроде: «Зецу-семпай, а когда Тоби вступит в Акацуки?». В одно мгновение все затихли, ибо в зал вошла та, которую все так ждали. На лице Конан читалось некая расслабленность, облегчение после переживаний.
-Всё в порядке. Эти двоё мелких чунинов нам ничем не помешают. Пускай поживут немного, а мы понаблюдаем.
-Они наверняка из Конохи, хмм...,- протянул Дейдара с довольной ухмылкой на лице,- среди них случайно кьюби нету? Зная его характер...
-Ничего такого примечательного. Среди них я только одну узнала. Когда мы получили Шукаку, она была одной из тех, кто пришел за Казекаге. Розоволосая.
-Конан-сан, это действительно интересно,- происходящее всё больше и больше радовало подрывника,- я за ней присмотрю.
-Ты сейчас не в том состоянии чтобы вообще на миссии ходить. С одной рукой мало что сделаешь.
-Хорошо. Какузу, когда у меня будет вторая рука?
-Хидан, собирайся, нам пора за кьюби идти. Дейдара, извини, я занят.
-Су...
-Дейдара, заткнись. Я сама со всем разберусь. Хироко!
В зал вошла бледная как смерть куноичи в черном плаще. Длинные красные волосы спускались с плеч, а уставшие, карие глаза смотрели на этот мир безразлично и холодно. С тех пор, как она встретила Конан, её жизненным девизом стало изречение шиноби #25:
«Ниндзя никогда и никому не должен показывать своих слёз, он всегда обязан думать только о своей задаче и сердце его должно быть вырезано из камня». Немало ниндзя убила Хироко, и она всегда улыбалась в лицо смерти. По характеру она напоминала Хаку, разве что он был добрее.
-Да, Конан-сама, вы звали?
-Хироко, проследи за шпионкой.
...
Отправив очередной шифр Годайме, Сакура дала подзатыльник Саю, за то, что он сказал, что у неё слишком скверный характер. Однако, Харуно не учла то, что бьёт она довольно сильно, и Сай вылетел из окна. Хорошо, хоть реакция у него хорошая, шиноби вовремя врезавшись, стормозил об столб, и уже через минуту вернулся в номер. Мокрый и злой.
-Сакура!!!
Удар. Ниндзя отправился во второй полёт в окно с повторным торможением об столб. Третий раз он решил Сакуре вообще ничего не говорить.
Довольная садистка залечила Саю несколько ушибов и множество кровоподтеков и ушла в свою комнату.
Дождь... а я люблю дождь... Не знаю, почему, но люблю... Когда идёшь под дождем и плачешь, никто не догадается, что ты плачешь... Об этом знаешь только ты... Как? Наверно, чувствуешь внутри... Глаза жгут, а когда пытаешься остановиться, то как-то горло сдавливает что ли... Не знаю, как объяснить... Из-за туч не видно луны... А ведь сегодня должно быть полнолуние, я знаю... Когда ты уходил, луна была какая-то не такая. Я её не возлюбила, как только она вышла на замену солнцу. Интуиция что ли... Я люблю ночь... Так тихо... Так темно... И опять, никто не видит слёзы... Но, ты знаешь, Саске, я больше не плачу... я сильная... И даже, если я тебя увижу, я буду играть в твою игру. Да, в твою игру. И ты даже не заметишь, как твоя игра станет моей. Улыбка. Таинственная. Злорадная? Кто знает... Даже сама Сакура этого не знает. Саске-кун, раз уж ты меня упорно игнорируешь, я буду игнорировать тебя. Тогда ты поймешь, какого это. Думаешь, я не смогу? Я смогу, я сильная. Ты привык, что общее внимание сосредоточено на тебе – да, я это прекрасно знаю. Еще с академии. Тебе не нравилось, что тебя сравнивают с братом, а после той ужасной ночи, когда ты стал предпоследним из клана Учиха, ты стал популярен... Конечно. Особенно у девочек. Я это испытала на себе. Из-за тебя я добровольно перестала дружить с Ино... И какая я после этого подруга? Саске, я не буду мстить за ту боль, что ты мне причинил, за ту боль, которую я чувствую до сих пор. Я не такая, как ты. Да, я тебя люблю, до сих пор, в это трудно поверить, но люблю. И даже если я тебя люблю, это не значит, что я буду таким же мстителем, как и ты. Я не буду тебе мстить. Из-за тебя чуть не погибли Наруто, Киба, Шикамару, Чоджи и Неджи и даже Ли. Всё из-за тебя. Хотя, должна тебе сказать спасибо... За что? Благодаря тебе, я и Наруто стали сильнее. Зачем? Чтобы вернуть тебя... Ты знаешь, мне теперь даже всё равно, любишь ты меня, или нет, будем мы с тобой, или нет, буду я жить счастливо, с тем, кого люблю, или в одиночестве и боли до конца жизни... Я просто хочу тебя вернуть. Я бы многое отдала, чтобы вернуть те добрые и старые времена, когда мы были командой номер семь. Когда вы с Наруто вечно во всем соперничали, как мы пытались снять маску с Какаши-сенсея, как мы ходили на миссии, подвергали опасности свои жизни. Даже тот экзамен на чунина. Разве что, без Орочимару. Хотя, скорее всего, ты и так бы ушел. Чтобы убить Итачи. Я в этом не сомневаюсь... Твоё «А, Сакура, да?» в логове Орочимару меня просто убило. Хорошо, что хоть вспомнил... Кто бы мог подумать, что всё обернется именно так... Я, может быть, даже не вернусь с этого задания... Если это будет так, что ты почувствуешь? Боль? Нет, вряд ли... Опустошение? Ага, уже... Облегчение? Вполне возможно. Глубокий вздох. Слезинка. Что это? Я... плачу? Ну, вот, Харуно, приехали... Так, всё, хватит, закрыли тему про Саске на тысячу замков. Забыли...
Варианты ответов: